Номинальный и фактический директор

Сегодня мы постараемся раскрыть тему: "Номинальный и фактический директор". Уточнить актуальность информации на 2020 год, а также задать интересующие вопросы вы можете дежурному юрисконсульту.

Суд объяснил, за что накажут номинального директора

Нельзя полностью освободить номинального директора от субсидиарной ответственности, даже если он помог найти «теневого» бенефициара, решил АС Уральского округа в деле о банкротстве компании «СтальПром». В 2016 году в этом деле суд привлек к субсидиарной ответственности на 43 млн руб. гендиректора фирмы Николая Кулашева, который не передал управляющему Андрею Кузьмину документы фирмы. А через некоторое время фактического руководителя этой и других компаний Дмитрия Кибо осудили за мошенничество. Как писал «Коммерсант», Кибо похитил 122 млн руб. у граждан и банков под видом займов на развитие бизнеса, но не собирался возвращать эти деньги. Он действовал через фирмы, открытые на других лиц. В итоге суд приговорил Кибо к восьми годам лишения свободы и обязал компенсировать потерпевшим 46 млн руб.

«СтальПром» была одной из компаний под контролем преступника. Учредителем и директором числился Кулашев, который не хотел выплачивать 43 млн руб. по чужим долгам. Дождавшись приговора Кибо, он добился пересмотра арбитражного спора по новым обстоятельствам. Две инстанции освободили Кулашева от ответственности, опираясь на факты из уголовного дела. В нем было установлено, что именно осужденный довел «СтальПром» до банкротства. Документация фирмы была у Кибо, а значит, нельзя наказывать «номинала» за ее непередачу, пришли к выводу два суда. Кулашеву удалось убедить в том, что он не знал о мошенничествах и лишь выполнял указания фактического руководителя. Также суды приняли во внимание, что он помог выявить виновное лицо и раскрыл недоступную другим информацию. Это уменьшает ответственность номинального руководителя согласно п. 6 постановления Пленума ВС от 21 декабря 2017 № 53. К тому же со «СтальПрома» в любом случае нечего было взять: активов за ним не числилось.

Ни один из этих аргументов не убедил АС Уральского округа. По его мнению, нельзя полностью освободить «номинала» от субсидиарной ответственности. Тот же п. 6 постановления Пленума № 53 говорит, что формальный глава сохраняет возможность влиять на работу фирмы. Со дня учреждения «СтальПрома» в 2007 году Кулашев знал о своем номинальном статусе, подписывал по указанию Кибо кредитные договоры и бухотчетность, обратила внимание «тройка» кассации под председательством Юлии Оденцовой. Кроме того, ей было неясно, какие именно сведения раскрыл Кулашев и как это помогло привлечь к субсидиарной ответственности Кибо. Вину последнего установили следствие и уголовный суд. С такими замечаниями кассация направила на новое рассмотрение спор в деле № А76-23547/2013.

Что дальше?

Суд первой инстанции, скорее всего, привлечет Кулашева к ответственности – или солидарно с Кибо, или в меньшем размере, полагает советник Saveliev, Batanov & Partners Saveliev, Batanov & Partners Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market) Профайл компании × Юлия Михальчук. По наблюдениям арбитражного управляющего Анны Ловкиной, правоприменительная практика карает не только конечных бенефициаров, но и «номиналов». Такой подход нужен для того, чтобы отвадить желающих заработать в качестве «номинала», рассуждает партнер независимой юргруппы Стрижак и партнеры Стрижак и партнеры Федеральный рейтинг группа Арбитражное судопроизводство (средние и малые споры — mid market) группа Банкротство × Вячеслав Косаков. Решение суда о привлечении к ответственности вряд ли поможет расплатиться с кредиторами, ведь у «номиналов» обычно нет никакого ценного имущества, говорит Косаков.

Может ли «номинал» полностью освободиться от ответственности?

Многие формальные руководители уверены, что им нечего бояться, раз они не управляют делами компании и не принимают важных решений. Но это совсем не так, говорит партнер правового бюро Олевинский, Буюкян и партнеры Олевинский, Буюкян и партнеры Федеральный рейтинг группа Банкротство 6 место По выручке на юриста (Меньше 30 Юристов) 32-33 место По количеству юристов 33 место По выручке Профайл компании × Магомед Газдиев. В группе мошенников «номинал» играет роль ширмы, которая позволяет обманывать контрагентов, разъясняет юрист. Именно по этой причине суды редко полностью освобождают их от ответственности, даже если те доказали свой формальный статус и помогли выявить реального бенефициара (п. 9 ст. 61.11 закона о банкротстве). Если «номинал» действительно формальная фигура, то он не может иметь доступа к документам, сотрудникам и так далее, поясняет Ловкина. И наоборот, если «номинал» рассказал суду о том, как был устроен бизнес – значит, он имел доверительные отношения с бенефициаром, наверняка осознавал свою роль в компании и принимал участие в сомнительных схемах, рассуждает Ловкина.

Самый громкий случай освобождения номинальных контролирующих лиц относится к 2012 году, когда суд обязал теневого владельца «Уралснабкомплекта» Николая Максимова выплатить более 6 млрд руб. по долгам своего предприятия (подробнее см. «Николай Максимов обжалует свою субсидиарную ответственность в 6,4 млрд рублей»). Тогда номинальный учредитель рассказал, что не вносил долю в уставный капитал и не подписывал никаких документов. Бывают и другие случаи, когда формальному директору не удавалось доказать причастность «теневого бенефициара». Михальчук приводит в пример постановление АС УО от 10 марта 2017 года по делу № А50-6344/2014. В нем бывшая руководитель компании не смогла предъявить письменных доказательств, а указанный ею человек в заседании сказал, что впервые ее видит.

За что накажут номинала: пять арбитражных дел о подставных директорах

Вывод денег по карточкам

В деле о банкротстве «Новых строительных технологий» (НСТ) № А60-54141/2015 арбитражный управляющий Роман Буров пытался вернуть 12,4 млн руб., которые неустановленное лицо вывело со счета с помощью корпоративных карт в 2013 году. Одной из ответчиц была Елена Петровская, которая, согласно показаниям бухгалтера, выступала номинальным директором «НСТ», «раз или два раза в месяц приезжала подписывать документы и получала за это деньги». Фактически руководила компанией Елена Смирнова – она «имела доступ к банковским счетам и карточкам, вела переговоры, но бумаги не визировала». Это подтвердила и сама Петровская, которая рассказал, что компанию «НСТ» создали для фиктивного участия в торгах, чтобы изображать конкуренцию.

АС Свердловской области отказался взыскивать пропавшие 12,4 млн и с «номинала» Петровской, и с теневого директора Смирновой. Он пришел к таким выводам, потому что Петровская не имела доступа к счетам и, судя по отметкам в загранпаспорте, находилась за рубежом, когда снимали деньги. Что касается Смирновой, то управляющий не доказал, что она контролировала должника именно в спорный период.

Читайте так же:  Уставный капитал после ликвидации ооо

Иного мнения оказались 17-й арбитражный апелляционный суд и АС Уральского округа, которые обязали вернуть деньги обеих ответчиц. Они посчитали, что причастность Смирновой доказана, и подробно объяснили, почему номинальный руководитель Петровская тоже отвечает за недостачу. Она не доказала, что не распоряжалась счетом должника и не имела доступ ко счетам, хотя она была директором, для которого эти полномочия презюмируются. Более того, Банк.24, где «НСТ» открыли счет, сообщил, что держателем корпоративной карты и владельцем ключа ЭЦП числилась именно Петровская. К тому же, даже если она формально участвовала в создании компании, она по-прежнему обязана контролировать денежные операции компании, решили апелляция с кассацией. Они расценили не в пользу Петровской и ее собственные слова о том, что компания была создана для фиктивного участия в торгах, то есть с противозаконной целью.

Подпись – значит помощь

Конкурсный управляющий «ЭТК «Кама» Лев Шляпин добивался привлечения к субсидиарной ответственности не только его теневого бенефициара Вячеслава Потанина, но и номинального руководителя Игоря Черепанова. В деле № А50-16985/2014 АС Пермского края согласился, что Потанин должен отвечать по долгам компании на 870,9 млн руб., выведенных по договорам займа. А Черепанову сначала удалось избежать ответственности. Директор убедил суд в том, что он лишь «беспрекословно исполнял волю Потанина, не имел личного интереса и не получал никакой выгоды, когда подписывал договора займов».

Директору удалось убедить суд, что он лишь «беспрекословно исполнял волю» настоящего руководителя. Но апелляция отменила это решение.

Такое решение обжаловали Шляпин и налоговая, которая выступала кредитором. 17-й арбитражный апелляционный суд изменил решение в мае 2018-го. Черепанов занимал должность директора, а значит, обязан был действовать добросовестно, разумно, в интересах общества. Однако именно он подписывал договоры займа, с помощью которых из фирмы выводили деньги. Даже если он выполнял волю Потанина и не интересовался последствиями сделок – такое поведение все равно нельзя назвать добросовестным, рассудил 17-й ААС. По его мнению, освобождая Черепанова от ответственности, первая инстанция не учла разъяснения п. 6 постановления Пленума ВС № 53 от 21 декабря 2017 года. Он гласит, что формальный директор, даже целиком устранившись от дел, не утрачивает статус контролирующего лица, ведь он юридически сохраняет свои полномочия.

Директор-агент

В банкротном деле ООО «Водопроводно-коммунальное хозяйство» АС Кемеровской области решал, кого привлечь к субсидиарной ответственности на 30 млн руб. за неподачу заявления в суд при наличии признаков банкротства (к ним управляющий Сергей Бычков отнес 2 млн руб. долга по аренде). Управляющий и кредитор ФНС настаивали, что отвечать по долгам компании должен ее бывший директор Сергей Кабаев. Он значился как глава фирмы в ЕГРЮЛ и уже привлекался к административной ответственности за то, что не подал заявление о банкротстве.

Но арбитражный суд с этим не согласился. Он пришел к выводу, что виноват «не номинальный директор Кабаев, а ООО «Тепло» в лице директора Н. Зайкова, которое по агентскому договору получило полномочия по руководству текущей деятельностью общества». Это подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Зайкова по признакам ст. 199.2 УК («Сокрытие средств, за счет которых должны были уплачиваться налоги»). Как показала уголовная проверка, в 2014–2015 годах директором значился Кабаев, но фактически фирмой руководил Зайков. В материалах проверки были изложены и показания самого «номинала» – тот утверждал, что не ведал финансовыми и хозяйственными делами компании и был в подчинении у Зайкова.

В итоге АС Кемеровской области отказался привлекать к субсидиарной ответственности. Управляющий не смог доказать, что делами фирмы действительно управлял Кабаев, а 2 млн руб. долга по аренде необязательно означали неплатежеспособность компании, которая имела положительные бухгалтерские балансы. Такое решение в деле № А27-10079/2016 суд вынес в июне 2018 года, и, как сообщает Caselook, оно не обжаловалось.

Бенефициары вступились за «номинала»

Юрий Беспалов и Андрей Кияшко, которые получили 10 лет лишения свободы на двоих за обман и присвоение денег дольщиков (ч. 4 ст. 159 УК), просили не привлекать к субсидиарной ответственности на 4,3 млн руб. номинального директора одной из своих фирм «КБ-Новый Дом» Максима Некоза. Он не передал документы компании-банкрота ее конкурсному управляющему Михаилу Бендикову. Без них сложно было понять, какие активы компании можно продать для расплаты с кредиторами. Поэтому Бендиков решил, что Некоз должен ответить по долгам «КБ-Новый дом» в рамках дела № А53-513/2016.

Против этого возражал Беспалов, который прислал письменные пояснения из СИЗО. Он пояснил, что Некоз лишь формально числился директором и учредителем компании, не руководил ею и не управлял денежными потоками. Право первой подписи в банке, которое давало право распоряжаться финансами, кроме Некоза, имели Беспалов и Кияшко (в банке подтвердили, что платежные поручения подписывали только теневые директора). Беспалов объяснил, что все документы он хранил у себя, а затем они были частично изъяты при обыске, частично утеряны. То есть Некоз ничего и не мог передать управляющему. Также Беспалов рассказал, что в 2015 году они с Кияшко решили назначить его директором вместо «номинала», потому что «предполагалась активно вести строительство, требовалось реальное постоянное руководство предприятием». Об этом оформили протокол общего собрания участников в том же 2015-м. Беспалов якобы договорился с Кияшко, что тот зарегистрирует изменения в ЕГРЮЛ, но последний этого почему-то не сделал.

Бенефициары просили не привлекать «номинала» к ответственности, потому что он ничего не решал в бизнесе. Но суды пришли к другому выводу.

Суды согласились, что Некоз был формальной фигурой в «КБ-Новый дом», но отказались освобождать его от ответственности. Несмотря на объяснения о смене директора, главой компании в ЕРГЮЛ значился по-прежнему Некоз до начала банкротства в 2017-м. Юридически он сохранял право подписи в банке. Получив требование управляющего передать документы, Некоз ничего не предпринял: он умолчал, что является «номиналом», не требовал у Беспалова и Кияшко отдать ему бумаги компании, не сообщил, что их изъяли оперативники. АС Ростовской области привлек «номинала» к ответственности на все 4,3 млн руб., но апелляция сократила эту сумму в три раза, до 1,4 млн руб. Ответчик раскрыл информацию, которая помогла установить бенефициаров, объяснил 15-й арбитражный апелляционный суд.

Читайте так же:  Зарегистрированный устав ооо

Не получила документы

Динара Хузина руководила компанией «Исток» с 2012 до 11 февраля 2015 года, а затем ее сменила Ольга Кочанова. Процедуру банкротства «Истока» по заявлению кредитора начали в конце 2015 года, но арбитражный управляющий Лариса Михайлова не смогла получить у Кочановой бухгалтерскую и финансовую документацию компании. Та ответила, что у нее ничего нет и к фирме не имеет никакого отношения. В результате Михайлова не смогла сформировать конкурсную массу для расчетов с кредиторами. Она потребовала, чтобы суд привлек к субсидиарной ответственности на 1,1 млн руб. и Хузину, и Кочанову в деле № А07-26128/2015.

Суды согласились, что по долгам «Истока» должна отвечать Хузина, потому что в период ее работы – с конца 2014 по 9 февраля 2015 года – из общества выводились средства. При этом две инстанции освободили от ответственности Кочанову. Они подтвердили, что «номинал» не получала документацию фирмы от Хузиной. А последняя не доказала, что исполнила обязанность обеспечить сохранность бумаг и передать их следующему директору.

Номинальный владелец – кто он для закона

Налоговые службы совершенствуются, поэтому у них все больше возможностей, чтобы установить, кто в действительности стоит за той или иной корпоративной структурой. Многие бенефициары готовы добровольно раскрыть свои иностранные компании в России, но в этот момент перед ними встает вопрос – кто такой номинальный владелец?

Определение понятию «номинальный владелец» было дано отечественным законодателем не так давно законом № 140-ФЗ[i] и только для целей амнистии капиталов. Номинал определен как лицо, осуществляющее права собственника имущества в интересах и (или) по поручению физического лица на основании договора номинального владения имуществом, заключенного в соответствии с иностранным законодательством[ii].

Но это определение само нуждается в разъяснениях: например, какой вид договоров имеется в виду? Так, и трастовая декларация, и договор доверительного управления, и агентское соглашение предполагают распоряжение активами в чужом интересе. Этот вопрос недавно был задан Минфину – финансовое ведомство ушло от ответа[iii]. Не менее важен и другой вопрос: каков статус «номиналов» с точки зрения российских правил о контролируемых иностранных компаниях (КИК) и налогового законодательства в целом?

1. Владение «через номинала» как прямое участие в иностранной компании

На первый взгляд, российский законодатель не оставляет сомнений в том, кто является прямым участником иностранной компании, признавая долей прямого участия долю непосредственно принадлежащих лицу акций компании[iv]. Само это слово означает «без промежуточного участия кого-либо»[v]. Может ли претендовать на такую непосредственность бенефициар, чье имя даже не значится в реестре акционеров, вынужденный при любых операциях с акциями или компанией полагаться на содействие другого лица?

Как ни странно, но действующее законодательство дает основания для утвердительного ответа. Так, закон № 140-ФЗ ставит знак равенства между участием декларанта в КИК через номинала и непосредственно[vi].

Но всегда следует помнить о цели принятия данного закона – дать стимул к раскрытию и репатриации активов в рамках амнистии капиталов. Ярким примером узконаправленного характера данных норм являются ст. 39 и 41 НК РФ, дополненные положениями о том, что передача имущества от номинального владельца фактическому не признается реализацией, а само имущество – доходом. Но только если такое имущество и его номинальный владелец указаны в специальной декларации[vii]. Если это формальное требование не соблюдено, бенефициар и номинал снова «распадаются» в глазах законодателя и налоговых органов на двух самостоятельных субъектов.

Таким образом, один лишь закон № 140-ФЗ, хотя его положения крайне полезны для тех, кто готов воспользоваться льготами второго этапа амнистии, но это не выглядит достаточным основанием для того, чтобы в любом случае приравнивать участие бенефициара в КИК «через номинала» к прямому и непосредственному владению акциями.

2. «Номинал» как самостоятельная иностранная структура

Зачастую роль номинальных владельцев для российских бенефициаров выполняют профессиональные компании, позиционирующие себя как трастовые управляющие, а сама передача владения активами оформляется трастовой декларацией (иногда с оговоркой о действиях управляющего as nominee). Даже при разработке закона № 140-ФЗ, правовое управление аппарата Государственной Думы указывало, что установленная законом концепция «номинального владения» охватывает доверительную собственность (трасты), как она понимается в системе общего права[viii]. В правовой литературе высказывалось мнение, что правоотношения между бенефициаром и номиналом могут относиться среди прочего к доверительной собственности (трасту)[ix]. В иностранной практике также отмечается, что номинальное владение может принимать форму траста или иных подобных структур[x].

При этом НК РФ прямо относит трасты к иностранным структурам, которые сами по себе могут быть признаны КИК[xi]. Логично задаться вопросом: нет ли оснований для признания иностранной структурой и номинального владения?

НК РФ определяет иностранную структуру (ИС)[xii] как организационную форму, созданную в соответствии с иностранным правом без образования юридического лица, которая:

  1. Предусматривает осуществление коллективных инвестиций и (или) доверительного управления;
  2. Вправе осуществлять деятельность, направленную на извлечение дохода (прибыли) в интересах своих участников либо иных бенефициаров.

Сравнивая это с определением «номинального владения», упомянутым выше[xiii], можно увидеть, что как минимум два первых признака у него и ИС совпадают. Но отвечает ли номинальное владение третьему признаку: предусматривает ли оно доверительное управление активами? Если исходить из наиболее общего определения доверительного управления как совершения любых юридических и фактических действий с активами в интересах выгодоприобретателя[xiv], то следует признать, что номинальное владение отвечает всем признакам ИС. Для его учредителя (бенефициара) это будет означать необходимость [xv]:

  1. Раскрытия информации о ИС как о КИК в РФ;
  2. Составления отдельной финансовой отчетности для ИС и определения ее финансового результата;
  3. Наконец, при ряде условий возможно даже возникновение обязанности по уплате налога в РФ с «нераспределенной» прибыли такой ИС.

Подобное развитие правоприменительной практики является нежелательным, но не невозможным. В то же время (в отличие от управляющего трастом) «классический» номинал действует исключительно по указаниям бенефициара, не имеет дополнительных функций и не несет рисков по управлению активами. Даже если эти отношения оформлены трастовой декларацией, с точки зрения общего права такая структура была бы, скорее всего, признана притворным трастом (sham trust) – то есть трастом, реальной целью которого не является передача контроля над активами управляющему[xvi]. Подобные трасты признаются недействительными.

Читайте так же:  Русгидро акции дивиденды дата отсечки

Это показывает, что номинальное владение, даже переведенное в более привычные термины трастового управления активами, все же отличается от «полноценной» структуры, сближаясь с договором поручения, который допускает совершение только определенных действий и в соответствии с обязательными указаниями доверителя[xvii]. Эти соображения потенциально могут быть использованы при попытке налоговых органов приравнять номинальное владение к ИС.

3. «Номинал» как иной вид контроля

Если первый из рассмотренных подходов оправдан только в рамках «амнистии капиталов», то второй ведет к дополнительным обязанностям для бенефициара в рамках законодательства о КИК. Но предположим, что бенефициар все же хочет раскрыть государству свой контроль над иностранной компанией, акциями которой владеет номинал. Может ли он сделать это, не признавая себя ни прямым, ни косвенным участником такой компании?

Такой способ действительно есть. Помимо прямого/косвенного участника КИК, ее контролирующим лицом может быть признан и тот, кто осуществляет контроль над компанией в своих интересах по иным основаниям: в силу участия в договоре по управлению такой компанией или иных особенностей отношений между ним, компанией и третьими лицами[xviii] (в том числе номиналами).

Соответственно, не признавая владение акциями иностранной компании «через номинала» ни прямым участием в ее капитале, ни самостоятельной ИС, налоговый резидент России тем не менее может признать себя контролирующим лицом такой компании. При этом у него не возникает ежегодной обязанности по определению финансовых результатов деятельности номинала как ИС и подачи уведомления о КИК в его отношении (подчеркну, что это не затрагивает обязанности контролирующего лица по отношению к самой иностранной компании). Однако налогоплательщику в каждом случае придется тщательно исследовать содержание договора с номиналом (если он вообще существует в письменном виде), чтобы установить правомочия последнего – ограничиваются ли они только исполнением инструкций или предоставляют номиналу определенную свободу действий, которые могут быть истолкованы налоговыми органами как признак самостоятельной КИК?

[i] Федеральный закон от 08.06.2015 N 140-ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»

[ii] Пп.2-3 п.1 ст.2 Закона №140-ФЗ

[iii] См. Письмо Минфина России от 23.04. 2018 г. N 03-04-05/27059

[iv] П.2 ст.105.2 НК РФ

[v] Толковый словарь Ушакова. Д.Н. Ушаков. 1935-1940.

[vi] Пп.2 п.1 ст.3 Закона №140-ФЗ и п.64 и лист Б Порядка заполнения формы специальной декларации, Приложение №2 к Закону №140-ФЗ

[vii] П.8 ст.39, п.2 ст.41 НК РФ

См. также Статья: Что изменилось для КИК в 2015 году и другие поправки Налогового кодекса (Зубков С.) («Практическая бухгалтерия», 2015, N 9)

[viii] См. «Комментарий к Федеральному закону от 8 июня 2015 г. N 140-ФЗ «О добровольном декларировании физическими лицами активов и счетов (вкладов) в банках и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (постатейный) (Борисов А.Н.) (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2015)

[ix] Статья: Амнистии капиталов быть (изучаем условия добровольного декларирования активов. Комментарий к Законам от 08.06.2015 N 140-ФЗ, от 08.06.2015 N 150-ФЗ) (Бугаева Н.Г.) («Главная книга», 2015, N 15)

[x] См., например, дело Федерального Апелляционного суда Канады The Jensen Star, пар.14

[xiii] Пп.2-3 п.1 ст.2 Закона №140-ФЗ

[xiv] П. 2 ст. 1012 ГК РФ

[xv] Ст.25.14, 25.15 НК РФ

[xvi] Rahman v. Chase Bank [1991] JLR 10, Minwalla v. Minwalla, [2005] EWHC 2823

Кто такой номинальный директор и какую он может понести ответственность

Всем привет! Сегодняшний рассказ о том, какую несет номинальный директор ответственность по законодательству и что представляет собой эта фигура.

После того как ООО зарегистрировано, вся административная и уголовная ответственность за ее деятельность ложится на плечи руководителя компании, формально являющимся единоличным исполнительным органом.

Некоторые учредители, чтобы избежать ответственности имущественных рисков бизнеса, нанимают подставных лиц на свое место. Таких людей называют номинальными директорами.

О том, кто они такие и стоит ли передавать им управление компанией, мы сегодня подробно расскажем в нашей публикации.

Определение номинального директора

Номинальным, фиктивным или подставным директором называют человека, заранее знающего, что к руководству компанией его не допустят.

Многочисленные объявления, предлагающие должность «номинального директора» этого и не скрывают.

От фиктивного директора требуется иметь презентабельную внешность и иногда присутствовать на некоторых встречах с партнерами.

Размещающие такие объявления заверяют кандидатов на должность в том, что номинальный руководитель не несет никакой ответственности по закону.

Якобы при возникших проблемах, номинал может сдать органам реального руководителя.

Закон «О несостоятельности» действительно предусматривает такую возможность, однако воспользоваться ею в реальности достаточно сложно.

Настоящие хозяева бизнеса устраивают дело так, что часть субсидиарной ответственности ложится на номинального директора.

ФНС в борьбе с этим явлением создало специальные реестры, в которые вносят:

  • дисквалифицированные лица;
  • массовые руководители;
  • директоры организаций, которых исключили из ЕГРЮЛ с бюджетными долгами.

Для лиц, находящихся в этих реестрах, регистрация ООО невозможна. Налоговики скрупулезно проверяют лиц, регистрирующих бизнес, на предмет признаков номинального руководителя.

К подозрительным признакам относят отсутствие у кандидата:

  • постоянной работы;
  • профессионального образования;
  • стабильных доходов.

Играет роль и возврат претендента. Иногда налоговики проводят беседу с лицом, заявленным директором компании и задают уточняющие вопросы.

Видео (кликните для воспроизведения).

Беседа позволяет выяснить, действительно ли человек является тем, за кого себя выдает.

Если номинальный директор не выявлен в процессе регистрации компании, есть признаки, по которым его выявляют в процессе ведения бизнеса:

  • директор посещает налоговую инспекцию вместе с адвокатом или не приходит вообще;
  • в беседе с директором выясняется его полная некомпетентность в вопросах деятельности компаниях и отчетности;
  • руководитель постоянно отсутствует по месту регистрации и юр. адресу, связи с ним нет.

Наступление гражданско-правовой ответственности

Когда компания, руководимая номинальным директором, причиняет ущерб бюджету либо другим организациям, урон должен быть возмещен в полном объеме.

Наступление субсидиарной ответственности стоит ждать, когда компания становится банкротом.

Наказание руководителя наступает за:

  • несоблюдение принципов добросовестности и разумности, приведшего к утрате компанией имущества, которым можно было бы покрыть существующие долги;
  • совершение заведомо убыточных сделок;
  • неподачу своевременного заявления о банкротстве фирмы при появлении его первых признаков;
  • передачу в ходе процедуры банкротства недостоверной информации или непередачи управляющему лицу документации организации-должника, в результате чего установка контролирующих лиц невозможна.

Поскольку номинала не допускают к управлению ООО, от его имени могут проводиться различные мошеннические сделки. Доказать свою непричастность позже становится сложно.

Читайте так же:  Аудиторская проверка кредиторской задолженности

Помимо этого, возмещения убытков от директора могут требовать сами участники общества, нанявшие его на работу (ст. ст. № 44 Закон «Об ООО» и № 277 ТК РФ).

Наступление уголовной ответственности

Ст. ст. №№ 173.1 и 173.2 УК Российским Федерации предусматривают привлечение номинала к уголовной ответственности.

Согласно этим статьям, фиктивного руководителя, не имевшего действительного намерения управлять ООО, могут оштрафовать на сумму до 500 тыс. ₽, привлечь к исправительным работам или лишить свободы на срок до 5 лет.

Если брать большую часть судебных приговоров по этим статьям, реальный срок давали немногим. Однако судимость (условно) фиктивные директоры получали.

К уголовной ответственности номинального руководителя могут привлечь еще и в процессе работы компании организации. Это происходит, когда деятельность компании нарушает закон.

Если сотрудники ООО не получают заработную плату, номинала могут привлечь к ответственности по ст. №145.1 УК России.

Действия формальных управленцев могут попадать под такие статьи УК:

Поэтому нужно сто раз подумать, прежде чем соглашаться на такую работу.

Это на сегодня вся информация. Ставьте оценки, рекомендуйте статью друзьям в соцсетях, комментируйте прочитанный материал.

Подпишитесь на рассылку блога. До скорой встречи!

Номинальный руководитель организации. О (НЕ)возможности избежать субсидиарной ответственности

— «Вы понимаете, что вас используют в качестве номинального директора?»

— «Подтверждаете ли Вы, что фактически финансово-хозяйственную деятельность не осуществляете, документы и отчетность не подписываете, то есть являетесь «номинальным» руководителем?»

— «Осознаете ли Вы, что несете полную ответственность (=субсидиарную) по долгам создаваемого Вами юридического лица?»

С подобными вопросами сейчас сталкиваются не только асоциальные граждане, которых опрашивают о непричастности к деятельности 100500 юридических лиц, якобы учрежденных ими, но и добросовестные предприниматели, намеревающиеся создать или возглавить юридическое лицо.

Сегодня порассуждаем, может ли директор / учредитель ссылаться на свой «номинальный» статус в компании, дабы избежать субсидиарной ответственности по долгам такого юридического лица. На тему нас натолкнул все чаще возникающий вопрос: а каковы пределы субсидиарной ответственности того «хорошего парня», который согласился носить гордое название «директор» или «учредитель».

Анализ судебной практики позволяет оценить витиеватость сюжетных линий по перекладыванию субсидиарки друг на друга:

учредители (участники, акционеры) на директора и обратно;

новый директор на предшественников и наоборот;

и, наконец, конкурсный управляющий пытается привлечь всех сразу — и учредителей, и предыдущих руководителей.

Напомним, что в результате очередных изменений порядка привлечения к субсидиарной ответственности летом 2017 года, в законе «О несостоятельности (банкротстве)» впервые использован народный термин «номинальный руководитель».

Считается, что лицо осуществляло функции органа управления номинально, если оно докажет, что фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица.

На основании п.9 ст.61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»

Номинальный руководитель имеет шансы избежать субсидиарной ответственности, однако для этого он должен:

  • содействовать установлению настоящего контролирующего лица

найти его сокрытое имущество или имущество компании — банкрота.

Комментируя изменения в закон, ФНС России не могла обойти вниманием этот пункт:

Предоставление данной возможности номинальным руководителям финансово мотивирует их представлять суду доказательства, раскрывающие схему вывода имущества должника, подтверждающие наличие статуса контролирующего лица у иного лица, а также сведения о его имуществе, что позволит впоследствии исполнить судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности. Кредиторы получают преимущество от того, что номинальные руководители, действуя в своих интересах (уменьшая размер субсидиарной ответственности), содействуют наиболее полному погашению долга.

С момента внесения упомянутых изменений прошло уже достаточно времени, чтобы подвести промежуточные итоги.

Во-первых, по вопросу высказались ФНС России и Верховный суд, добавив характеристик к описанию фигуры номинального руководителя. Доказательствами номинального статуса могут стать:

(А) оформление генеральной доверенности на управление другому лицу;

(Б) принятие ключевых решений исключительно по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя).

Во-вторых, номинальный руководитель в конечном счете несет ответственность за свои решения, поэтому не может быть освобожден от субсидиарной ответственности.

Важно! По общему правилу фактический и номинальный руководители несут субсидиарную ответственность солидарно, то есть вместе.

Конечно, и ФНС, и Верховный суд, выражая свое мнение о практическом применении законодательства о банкротстве, подтвердили и наличие возможности для «номинала» избежать ответственности полностью или частично, однако скорее как исключение, после выполнения обязательных условий, а именно:

раскрытая информация должна быть неизвестна ранее и недоступна третьим лицам;

за счет найденного имущества должна быть удовлетворена хотя бы часть претензий кредиторов.

Таким образом, недостаточно просто указать на некое лицо и даже представить доказательства того, что именно оно являлось фактическим руководителем.

Однако возможна и обратная ситуация: номинальный руководитель, не обладая значимым имуществом, готов принять весь «удар» на себя, не раскрывая фактического руководителя и его имущество. В результате требования кредиторов остаются неудовлетворенными. Единственное, о чем стоит помнить в этом случае, что долги по субсидиарной ответственности — навсегда. Они не погашаются даже по результатам личного банкротства физического лица.

Анализ судебной практики по конкретным делам опасен необъективностью: мы можем судить только о доводах, изложенных судьей в решении. За кадром остаются очень многие обстоятельства. И тем не менее посмотрим, что говорят суды о субсидиарной ответственности номинала.

В одном из дел нам встретился список типичных характеристик номинального руководителя. Проверяем:

смена директора осуществлена в период наличия у должника признаков несостоятельности или неплатежеспособности или в период, предшествующий обращению с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом);

после смены руководителя осуществляются мероприятия по выводу активов должника;

номинальные руководители в период «исполнения» возложенных на них обязанностей занимались иной деятельностью — учились, работали по иному месту, проживали в ином городе;

«номинальные руководители» не осуществляют самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности, поскольку не принимают самостоятельных решений;

свидетели — работники должника подтверждают, что с руководителем не знакомы и никаких производственных вопросов с ним не решали, все переговоры велись с другим лицом;

«номинальный руководитель» не обладает полной и достоверной информацией об осуществляемой от его имени деятельности.

Такой перечень может стать подспорьем для «номинала», однако ему не следует забывать, что помимо доказывания своего статуса, необходимо помочь найти фактического руководителя и конкретное имущество для погашения требований кредиторов.

В другом деле директор пытался избежать субсидиарки, ссылаясь на свою номинальность и отсутствие вины в банкротстве:

Читайте так же:  Что делает учредитель в ооо

именно учредитель принял решение о ликвидации и последующем переходе к несостоятельности (банкротству), а значит именно он должен нести всю полноту ответственности;

не получал оплату за исполнение полномочий директора. На это суд отметил, что это не соответствует статусу номинала, для которого характерно получение оплаты за подписание документов, не вдаваясь в их содержание;

предоставлял займы Обществу для уплаты текущих налогов и сборов. Этот довод суд также оценил иначе, указав, что директор принимал участие в финансировании деятельности Общества, что противоречит его номинальному статусу.

В результате директору не удалось ни избежать присвоения статуса контролирующего лица, ни снизить размер субсидиарной ответственности.

Практика уменьшения размера ответственности тоже начала складываться. В частности, есть пример уменьшения ее размера в 3 раза, поскольку благодаря раскрытой номиналом информации удалось установить контролирующих лиц и место нахождения документов организации — должника.

Вывод напрашивается однозначный: с учетом изменения законодательства номинальному руководителю уже недостаточно доказать, что он не имел отношения к реальному управлению компанией, чтобы избежать ответственности по ее долгам. Логика законодателя прозрачна: согласившись стать номинальным директором или учредителем, человек должен предполагать возможные отрицательные последствия своего решения. И чтобы их избежать, нужно помочь установить тех, кто причастен к банкротству. То есть пойти на сделку с судом. и совестью.

Номинальный директор

В современной оффшорной бизнес индустрии такая должность, как номинальный директор, пользуется популярностью. Кто такой номинальный директор, в чем заключаются его функции и какие риски несет лицо, берущее на себя ответственность за управление организацией в роли номинального директора? Об этом читайте в нашей статье.

Если у вас возникнут вопросы, можете бесплатно проконсультироваться в чате с юристом внизу экрана или позвонить по телефону +7 (499) 288-21-46 (консультация бесплатно), работаем круглосуточно.

Понятие «номинальность» представляет собой формальное руководство организацией с фигурированием в учредительных документах, но без возможности реального управления. Фактическим руководителем и владельцем компании является иное лицо. Номинальный директор необходим для оформления оффшорных фирм в целях сохранения полной анонимности основного владельца. Формальный руководитель исполняет лишь некоторые обязанности, и при этом не владеет полномочиями по полноценному управлению компанией. Номинальным директором может выступать как физическое, так и юридическое лицо, отвечающее за юридическую чистоту сделок и управление предприятием. Сегодня существует множество тщательно спланированных и отработанных оффшорных схем, благодаря которым номинальный директор несет ответственность перед компанией, но при этом он не сможет совершить никаких неправомерных действий в отношении организации.

Номинальный директор: возможные риски

Оффшорная компания с номинальным директором имеет определенные риски: как правило, если фиктивный управляющий попадает в форс-мажорную ситуацию, он без промедления снимет с себя ответственность, заявляя, что он – номинал и предоставит при этом данные реального владельца, которому и придется в результате нести весь груз ответственности. Для контроля номинального директора реальный владелец компании должен иметь на руках два основных документа:

  1. Соглашение о расторжении ранее заключенного договора без указания даты, но обязательно с подписью нанятого фиктивного директора. Наличие данного документа дает владельцу фирмы право на увольнение номинала в любой момент с целью принятия на его место другого лица.
  2. Нотариальная доверенность от имени компании на исполнение обязанностей (совершение сделок, открытие банковских счетов, представление интересов, и другое). Доверенность может быть выдана от номинального директора на имя основного руководителя, который принимает на себя обязанности по руководству фирмой, или же на имя иного лица, выбранного руководителем на роль управляющего.

В свою очередь, номинальный директор, ответственность которого определена уставом предприятия, должен подписать соглашение о невозможности совершения каких-либо неправомочных действий в отношении имущества и банковских счетов компании.

В каких случаях может понадобиться номинальный (фиктивный) директор?

Как правило, найм лица на должность номинального директора может быть выполнен:

  • для обеспечения анонимности совершения сделок;
  • для скрытия участия основного руководителя в управлении компанией от третьих лиц;
  • для управления компанией, официальный владелец которой проживает в другом государстве;
  • для пополнения устава компании определенным количеством людей;
  • в целях предотвращения результатов законных ограничений в случаях совершения сделок между приближенными лицами.

Заказывая классическую оффшорную компанию ООО с номинальным директором, следует учесть, что при наличии в фирме фиктивного управляющего не удастся открыть банковские счета в определенных странах, и, кроме того, необходимо обеспечить защиту своих прав в случае, если номинальный директор решит воспользоваться положением и посягнуть на владение компанией.

Наступление административной ответственности

Наказание за деятельность компании в гражданских, налоговых, трудовых и иных правоотношениях несет ее руководитель. Штрафы могут налагаться не только на саму компанию, но и на ее руководителя.

Ст. № 14.12 КоАП РФ предусматривает особую административную ответственность за намеренное доведение компании до банкротства в виде штрафа до 10 тыс. ₽ либо дисквалификации на срок от 0,5 до 3-х лет.

Зачем нанимают номинального директора

Особого смысла в существовании номинального директора нет, поскольку солидарная ответственность за несостоятельность ООО, помимо руководителя, лежит также на собственнике бизнеса.

Однако кроме этого номинального директора нанимают, когда:

  • собственник бизнеса по разным причинам на хочет «светиться» перед налоговой службой;
  • у владельца несколько организаций;
  • управляющий руководит другим ООО и не может или не желает получать разрешения его владельцев на работу в новой компании;
  • крупный бизнес дробят на несколько небольших компаний для сохранения налоговых льгот;
  • имитируется конкуренция в тендерах и гос. закупках, поэтому нужна «своя» компания.

Конкретно за исполнение обязанностей номинального директора, по закону никакого наказания нет, поскольку такого понятия не существует.

Однако предусмотрена ответственность за такую деятельность как для самого управляющего, так и для владельца бизнеса.

Последствиями работы номинальным руководителя могут быть привлечение к административной ответственности и реальное лишение свободы по уголовному делу.

Видео (кликните для воспроизведения).

Ответственность номинального (фиктивного) директора

  • принудительных работ сроком до 3-х лет;
  • лишения свободы сроком от 3-х до 5 лет;
  • исправительных работ сроком до 2-х лет;
  • обязательных работ сроком от 180 до 240 часов;
  • лишения свободы сроком до 2-х лет со штрафом в размере 100 тыс. рублей.

Источники

Номинальный и фактический директор
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here