Права акционеров проблемы

Сегодня мы постараемся раскрыть тему: "Права акционеров проблемы". Уточнить актуальность информации на 2020 год, а также задать интересующие вопросы вы можете дежурному юрисконсульту.

§ 2. История проблемы злоупотребления правом в правоотношениях мезвду акционером и акционерным обществом

Многие из исследователей конструкции злоупотребления правом не обходят вниманием и историю вопроса, что, безусловно, представляется правильным, поскольку позволяет узнать об истоках современных теорий злоупотребления правом, а также проследить процесс развития отечественного и зарубежного законодательства по этому поводу.

Так, одна из самых первых возможностей для злоупотребления правом со стороны акционерного общества возникает по причине отсутствия должного контроля со стороны акционеров за действиями таких органов юридического лица, как совет директоров и единоличный исполнительный орган.

На подобный аспект проблемы обращал внимание еще Г. Ф. Шершеневич, говоря, что «акционерная форма представляет невыгоду вследствии недостатка и затруднительности контроля. Многочисленность товарищества, разбросанность акционеров, их незнакомство не только с делом, но даже с уставом, их малая заинтересованность приводят к тому, что ведение всего дела сосредотачивается в руках правления, не

опасающегося серьезного контроля со стороны собрания акционеров» . С этим утверждением трудно не согласиться, все контрольные механизмы акционерного законодательства (порядок одобрения крупных сделок, сделок с заинтересованностью и т.д.), направленные на защиту прав и интересов акционеров зачастую бессильны перед недобросовестностью лиц, входящих в состав органов управления акционерного общества.

Проблема конфликта интересов между акционерами и

управляющими, порождающая злоупотребление правом, в Соединенных Штатах Америки стала актуальна еще в первой половине прошлого века. Однако, как правильно замечает Д. В. Ломакин, «такой подход представляет интерес, когда все акции корпорации распределены между

множеством независимых держателей (что характерно для

Великобритании и США), поскольку им трудно выработать единую позицию в отстаивании своих интересов перед управляющими. Напротив, в корпоративных правопорядках, характеризующихся высокой степенью концентрации капитала, как, например, в России, значимость подобного конфликта интересов представляется сомнительной» .

Гораздо более актуальным видится разговор о конфликте миноритарных и мажоритарных акционеров, а также о способах его разрешения. С этой точки зрения, исследования дореволюционных российских цивилистов гораздо ближе к нынешней ситуации в России. Не совсем верным является мнение о том, что для дореволюционных правоведов проблема злоупотребления правом со стороны рядовых акционеров имела второстепенный характер [69] [70] [71] . Ведущие исследователи акционерного права того времени одинаково осознавали угрозу как злоупотреблений со стороны миноритариев, так и произвола мажоритарных акционеров.

Так, описывая реформу акционерного законодательства Германии, А.И. Каминка замечает: «в этой области, где сталкиваются столь противоположные интересы, чрезвычайно трудно удовлетворить всех и очень легко всех вооружить против себя. Энергичная защита интересов акционеров и третьих лиц способна, в результате, серьезно затормозить деятельность учредителей и органов управления, напротив поощрение учредителей, предоставление возможности органам управления энергичного ведения дел может в результате отдать беспомощную «публику» в жертву энергичным предпринимателям. И если законодатель в большей или меньшей степени сумеет всех удовлетворить, то это свидетельствует о большем его искусстве» .

Именно о таком конфликте упоминал Г. Ф. Шершеневич, говоря, что уставы акционерных обществ часто составлялись лицами, которые рассчитывая иметь влияние в организуемом ими предприятии, стремились отстранить мелких акционеров от голосования [72] [73] .

Упоминание о возможности злоупотребления акционером правом на созыв общего собрания акционеров мы встречаем в работе И. Т. Тарасова, выдающегося исследователя акционерного права. Ученый, описывая право акционера требовать созыва общего собрания акционеров, говорит, что в результате рассмотрения требования акционера «возможны только четыре случая: 1) требование созвания общего собрания недостаточно

мотивировано и предметы, предлагаемые обсуждению этого собрания, недостаточно серьезны, что и было усмотрено до созвания собрания управлением компании или остальными акционерами; 2) требование о созвании общего собрания исходит от такого лица или таких лиц, психическое или нравственное состояние которых возбуждает сомнение у управления компании или у остальных акционеров в серьезности этого требования; 3) легкомысленное или недобросовестное отношение к пользованию правом требовать созвания общих собраний обнаружилось только в самом общем собрании, а не раньше и 4) требование о созвании общего собрания было совершенно основательно и предметы, предложенные обсуждению этого собрания, имели серьезное значение» [77] .

Очевидно, что для акционерного общества и остальных акционеров негативными являются все варианты за исключением последнего. По мнению И. Т. Тарасова в первом и втором случаях правление общества имеет право отказать в созыве общего собрания, но исследователь оговаривается, что в этом случае акционер должен иметь право жалобы на решение правления. Если же собрание созывается, то с виновного должны быть взысканы все расходы по проведению такого собрания. И, наконец, в третьем случае, который, по-видимому, ученым рассматривается как самый тяжкий, общему собранию также должно быть предоставлено право наложения на виновного дисциплинарного взыскания, в том числе в виде

лишение права голоса на определенный срок .

Нельзя не заметить, что проблема необоснованного требования созыва

общего собрания акционеров актуальна до сегодняшнего момента. Схожая

ситуация даже стала предметом особого внимания Высшего Арбитражного

Суда (п. 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного

суда Российской Федерации от 25 ноября 2008 г. № 127 «Обзор практики

применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса

Российской Федерации» [78] [79] ). Примечательно, что предлагаемые

дореволюционным цивилистом меры в качестве последствий

злоупотребления акционером правами повторяются и современными 80

Удивительно лишь то, с какой легкостью И. Т. Тарасов отдает правлению право судить о том насколько требование созыва общего собрания мотивировано, а предметы, предлагаемые к обсуждению этого собрания, серьезны. Даже, несмотря на наличие права обжалования отказа в созыве собрания, интересы акционера могли оказаться значительно ущемленными, так как было бы весьма затруднительно доказать обоснованность требования, с учетом отсутствия четких критериев того, что считать мотивированным требованием о созыве собрания. Единственное объяснение видится лишь в том, что на тот момент злоупотребления со стороны акционеров оценивались ученым, как большая угроза, чем бесконтрольность правления.

Практикующий дореволюционный адвокат А. Гордон, излагая содержание одного из своих судебных дел, также мимоходом замечает, что «давать единичному потерпевшему акционеру право, без ограничения даже каким-либо сроком, разрушать общие собрания, уничтожать действия избранного этим собранием Правления, уничтожать последующие Общие Собрания, как созванные незаконным Правлением — значило бы открывать широкий простор для злоупотреблений со стороны отдельных акционеров и вводить крайнюю неустойчивость в жизнь предприятий, усвоивших акционерную форму» [80] [81] . С учетом статуса автора — присяжного поверенного при Санкт-Петербургской Судебной Палате, сказанное им позволяет сделать вывод, что злоупотребления со стороны акционеров имели место на практике, а не оценивались лишь как теоретическая угроза.

Читайте так же:  Формирование уставного капитала зао

Однако И. Т. Тарасов отмечает и злоупотребления со стороны правления, предлагая в качестве превентивной меры использование акционером права на контроль над управлением. Между тем исследователь и здесь последовательно говорит о необходимости ограничения этого права, отмечая, что «определяя границы этого права, надо иметь в виду, во-первых, в какой мере управление компанией будет стеснено в своей деятельности и в отправлении своих служебных обязанностей при полном осуществлении акционерами этого права, и, во-вторых, в какой мере могут вредить компании те злоупотребления, которые возможны в данном случае со стороны единичных акционеров при осуществлении ими этого права. Анализируя значение этого права с указанной стороны, нельзя не заметить, что предъявление по требованию каждого пришедшего акционера всех книг и документов компании и выдача из них выписок или дача

объяснений по ним могут сделать все управление компанией

невозможным, отнимая у всех должностных лиц компании все время на

одно только это занятие; кроме того, некоторые обороты компании

вследствие особого характера предприятия могут требовать особенной

тайны, единичные же акционеры, пользуясь своим правом контроля, могут

посредством наведения справок по книгам и документам узнать эти тайны

и сообщить их из корыстных или иных видов заинтересованным лицам,

нанося этим существенный вред компании и остальным ее акционерам» . Во избежание подобных проблем, ученый предлагает установить плату за предоставление различного рода информации акционеру, так как «она может в значительной степени служить гарантией против легкомысленного обременения управления компании ненужными и безполезными справками» [82] [83] . При всей правильности идей относительно легкости злоупотребления правом на контроль за деятельностью общества и необходимости ограничения этого права, следует заметить, что предлагаемая мера в виде установления платы за предоставление информации при неправильном законодательном подходе, а именно при отсутствии четких критериев установления размера платы, способна стать орудием злоупотребления уже со стороны органов управления [84] .

Таким образом, следует отметить, что при всей немногочисленности дореволюционной литературы, специально посвященной акционерному праву, у многих исследователей встречается упоминание о злоупотреблении правом в правоотношениях между акционером и акционерным обществом. Безусловно, зачастую ученые не употребляли термина злоупотребление правом вовсе, либо использовали его в неправильном значении, когда речь скорее должна была идти о правонарушении, что связано с отсутствием на тот момент ясного представления об этой правовой конструкции, однако это не лишает ценности их работы.

http://lawbook.online/rf-korporativnoe-pravo/istoriya-problemyi-zloupotrebleniya-pravom-68811.html

научная статья по теме НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ АКЦИОНЕРОВ Государство и право. Юридические науки

Цена:

Авторы работы:

Научный журнал:

Год выхода:

Текст научной статьи на тему «НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ АКЦИОНЕРОВ»

НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЗАЩИТЫ ПРАВ АКЦИОНЕРОВ

В настоящее время вопросы корпоративного права в целом и проблемы защиты прав акционеров, в частности, приобретают всё большую актуальность. Об этом свидетельствует обилие серьёзных, крупных работ, опубликованных в последнее время и живые дискуссии, развернувшиеся в периодической печати. Такое внимание данной проблеме обусловлено осознанием необходимости скорейшего решения проблем, связанных с защитой корпоративной собственности. Если ранее механизмы передела собственности опирались, прежде всего, на законодательство о несостоятельности, то в настоящее время захватчики используют несовершенства акционерного законодательства. Следует учитывать, что от этих несовершенств страдают не только отдельные акционеры, но и наносится ущерб экономическим интересам РФ в целом, поскольку без надлежащих механизмов защиты прав инвесторов не возможно рассчитывать на привлекательный инвестиционный климат в РФ.

Основная проблема, которая стоит сегодня перед отечественной гражданско-правовой доктриной состоит в определении правовой природы бездокументарных ценных бумаг (далее по тексту — БЦБ). Для решения этой проблемы абсолютно не на что опереться: несмотря на частое указание на эту проблему в лите-ратуре1, единого мнения доктрина сегодня не

1 Степанов Д.И. Защита прав владельца ценных бумаг, учитываемых записью на счёте. М., 2004; Добровольский В.И. Защита корпоративной собственности в арбитражном суде. М.: Волтерс Клувер, 2006; Признание права на акции бездокументарной формы выпуска: актуальные проблемы доказывания и сбора доказательств. (Горячев П.А. Закон. 2006. июль. № 7); К вопросу о так называемой виндикации бездокументарных ценных бумаг (Белов В.А. Закон. 2006. июль. № 7); О защите прав владельца бездокументарных акций (Чернышов Г. Эж-Юрист. 2005. март. № 9); О возможности виндикации бездокументарных ценных бумаг (Рыбалов А.О. Арбитражные споры. 2005. январь. № 1); Документарные и бездокументарные ценные бумаги в современном гражданском праве (Шевченко Г.Н. Журнал росс. права. 2004. сентябрь. № 9); Бездокументарные ценные бумаги и деньги как объекты вещных прав (Латыев А. Росс. юстиция. 2004. апрель.

выработала2; при наличии большого количества реальных дел в арбитражной практике, требующих для своего разрешения ясного и единообразного понимания сути БЦБ, отсутствуют конкретные указания ВАС РФ.

Иллюстрацией практической значимости решения данной проблемы может послужить следующий пример: по поддельной доверенности лицо от имени акционера даёт распоряжение регистратору о внесении в реестр акционеров записи о переходе прав собственности на ценные бумаги. Затем новый собственник перепродаёт эти акции другим лицам, являющимся уже «добросовестными приобретателями». Здесь возникает вопрос: вправе ли акционер, у которого акции выбыли помимо его воли, истребовать своё имущество посредством виндикации? Если мы признаём, что БЦБ являются вещью, то ответ однозначно положительный. В противном случае (если мы признаём, что БЦБ предоставляют собой имущественные права) акционеру придётся довольствоваться правом на возмещение убытков. Указанный пример является достаточно простым; но на практике «добросовестные приобретатели» до того момента, как бывший акционер обратится в суд с иском, смешивают украденные акции с другими акциями, приобретёнными по другим сделкам, проводят дополнительную эмиссию, конвертируют акции, с помощью чего, по их мнению, достигается невозможность индивидуализировать именно украденные акции. По мнению автора, основанием для признания БЦБ вещью

№ 4); К вопросу о правовой природе бездокументарных ценных бумаг (Решетина Е.Н. Журнал росс. права. 2003. июль. № 7); Что такое бездокументарные акции? (основные положения действующего законодательства о бездокументарных ценных бумагах)

Белов В.А. Гражданин и право. 2002. сентябрь-октябрь. № 9/10).

Об интересной дискуссии по этому вопросу, развернувшейся на конференции, посвящённой способам защиты от неправомерного захвата корпоративного контроля, состоявшейся в конце сентября 2005 г. в Высшем арбитражном суде РФ: Преграда корпоративным захватам (Алещев И. Эж-Юрист. 2005. октябрь. № 41).

Читайте так же:  Чем привилегированные акции отличаются от непривилегированных

(или, по крайней мере, для обоснования возможности применения к БЦБ отдельных правил о вещах, в том числе ст. 302 ГК РФ) является норма ст. 149 ГК РФ, устанавливающая применительно к БЦБ правило, согласно которому «к такой форме фиксации прав применяются правила, установленные для ценных бумаг, если иное не вытекает из особенностей фиксации».

В случае же, если «добросовестный приобретатель» в свою защиту ссылается на то, что приобретённые акции уже смешаны с другими в результате приобретения дополнительно размещённых акций или в результате реализации преимущественного права покупки акций или конвертированы, то в обоснование своих требований потерпевший акционер может использовать нормы о неосновательном обогащении, позволяющим истребовать любое приращение к неосновательному приобретённому имуществу. Между тем, судебная практика по данным вопросам достаточна пестра. В таких условиях срочно необходимы хотя бы разъяснения ВАС РФ.

В тех случаях, когда виндикация по каким-либо причинам невозможна, акционер, потерявший свои акции в результате описанных мошеннических действий, вправе требовать возмещения убытков. Но возникает вопрос: с кого бывший акционер вправе требовать возмещения? С регистратора, которому поручено ведение реестра акционеров, или с самого общества, которое в соответствии с п. 4 ст. 44 Федерального закона «Об акционерных обществах», даже в случае поручения функций ведения и хранения реестра акционеров регистратору не освобождается от ответственности за его ведение и хранение? Очевидно, что акционеру выгоднее взыскивать убытки с самого общества, поскольку оно, как правило, располагает большим объёмом средств для удовлетворения этих требований. Автор полагает, что в настоящее время и по этому вопросу необходимы разъяснения ВАС РФ.

В настоящее время Верховный суд РФ и Высший арбитражный суд РФ не могут согласовать позицию по вопросу о разграничении подведомственности споров, вытекающих из корпоративных отношений, в тех случаях, когда одной из сторон спора является физическое ли-

В настоящее время в России всё чаще коммерческие споры передаются сторонами на разрешение в третейские суды. Во многих акционерных обществах сегодня действуют акционерные соглашения, важной составляющей которых является третейская оговорка. В данном случае компетенция третейских судов по рассмотрению корпоративных споров не подлежит сомнению — акционерное соглашение связывает обязательствами конкретных акционеров, а каждый новый акционер общества не связан с его условиями. Но возникает интересный вопрос в ситуации, когда третейская оговорка содержится непосредственно в уставе акционерного общества. Обязаны ли новые акционеры, не являвшиеся учредителями общества (не участвовавшие в процессе изменении устава), в таком случае подчиниться требованиям устава об обязательной передаче спора на разрешение в третейский суд? По мнению автора, любой из двух возможных ответов на этот вопрос может быть оспорен. В любом случае ответ должен опираться на исследования правовой природы устава акционерного общества. Автору не удалось обнаружить судебную практику по данному вопросу, но можно быть уверенным, что в скором будущем суды выскажутся и по этому вопросу. А пока надеемся на то, что этот вопрос привлечёт внимание юристов.

Особого внимания в системе механизмов защиты прав акционеров заслуживают проблемы реализации п. 5 ст. 71 Федерального закона «Об акционерных обществах». Согласно этой норме, общество или акционер (акционеры), владеющие в совокупности не менее чем 1 процентом размещённых обыкновенных акций общества, вправе обратиться в суд с иском к единоличному исполнительному органу общества о возмещении причинённых обществу убытков. В настоящее вр

Для дальнейшего прочтения статьи необходимо приобрести полный текст. Статьи высылаются в формате PDF на указанную при оплате почту. Время доставки составляет менее 10 минут. Стоимость одной статьи — 150 рублей.

http://naukarus.com/nekotorye-problemy-zaschity-prav-aktsionerov

Яркие споры, связанные с нарушением прав акционеров

Несмотря на то, что к судебной защите своих прав акционеры прибегают, как правило, после факта их нарушения, анализ практики разрешения судами дел позволяет оценить применимость и эффективность защитно-предупредительных механизмов, а также тенденции избираемых акционерами способов защиты и восстановления интересов.

Говоря о спорах, затрагивающих вопрос нарушения прав акционеров, разрешенных судами в последние годы, стоит отметить следующие:

А] Небезызвестная история эффективности акционерного соглашения, предусматривающего санкции за нарушение его условий, или спор супругов-акционеров.

Суду кассационной инстанции в 2017 году пришлось рассматривать два дела о взыскании с акционера внушительной неустойки за нарушение условий заключенного соглашения – 722 729 050 рублей.

Согласно фабуле дела, ввиду раздела имущества супругам досталось по 50% акций ЗАО «ТСМ К». Очевидно, желая избежать негативных последствий для предприятия в виде парализации его деятельности, акционеры заключили соглашение, которым обязались письменного согласовывать существенные вопросы – отчуждение активов, изменение размера уставного капитала, определение персонального состава органов общества.

В качестве гарантии исполнимости акционерного соглашения стороны спора определили неустойку в размере 50% рыночной стоимости недвижимости, принадлежащей обществу, и чистых активов на момент заключения соглашения.

Недолгим после подписания соглашения акционер-супруг принял решения о назначении себя генеральным директором общества, а также об увеличении уставного капитала путем закрытой подписки.

Супруга обратилась за судебной защитой. В рамках отдельных дел признавались недействительными решения недобросовестного акционера. Однако больший интерес в данном случае представляет дело №А40-65834/11. Пройдя 2 круга судебных инстанций, с «нарушителя» взыскали 722 729 050 рублей за два нарушения условий акционерного соглашения. В снижении размера неустойки на основании ГК РФ суды отказали.

При этом, судебные тяжбы не остановили ответчика по делу, и он совершил еще 2 нарушения, внеся изменения в устав и продав недвижимое имущество ЗАО по цене ниже рыночной в 10-15 раз. Такие обстоятельства, в свою очередь, не остановили Арбитражный суд города Москвы от повторного взыскания с неблагонадежного акционера вышеуказанной суммы за новые нарушения.

К слову, ЗАО «ТСМ К» в данный момент находится в процедуре банкротства, а та самая супруга-акционер выступает по делу кредитором с объемом требований 196 723 440,49 рублей. Но это уже совсем другая история…

Что важно:

1] Довольно часто нарушаются не только права миноритариев, равные в объеме прав акционеры могут также находиться в конфликте и причинять ущерб не только друг другу, но и обществу.

2] Акционерные соглашения как механизм защиты прав акционеров в российской юрисдикции успешно применяются. И хотя такие договоры не всегда останавливают их стороны от нарушений, «потерпевший» акционер может рассчитывать на восстановление нарушенного права в виде материальной компенсации – суды охотно взыскивают предусмотренные соглашением санкции.

Читайте так же:  Особенность учредительных документов акционерного общества

3] При структурировании корпоративного договора важно участие компетентного профессионала. Даже в рамках приведенного спора [завершившегося для истца успешно] имели место затруднения, которых можно было бы избежать.

Видео (кликните для воспроизведения).

Так, в соглашении сделала отсылка к стоимости чистых активов ЗАО на момент его заключения, в то время как предприятие использовало упрощенную системы налогообложения и не сдавало балансовой отчетности. Так как привязка сделана к дате подписания корпоративного договора, стоимость чистых активов могла бы быть прямо указано в числовом формате.

Такое условие привело к необходимости оценки недвижимости одновременно несколькими экспертами, разница в результатах исследования которых составляла более 220 млн. рублей. Сторонами предпринимались меры по назначению повторных экспертиз. Судебные издержки увеличились, разбирательство значительно затянулся, в то время как недобросовестный акционер продолжал нарушать условия соглашения.

Кроме того, соблюдение условий соглашений могло быть обеспечено, в т.ч. залогом, поручительством, банковской гарантией и т.д.

В] Менее громкое и «дорогое», но не менее интересное дело №А65-23187/2014.

Акционера, а точнее его представителя, не допустили к участию в общем собрании в связи с тем, что «его присутствие на собрании могло подвергнуть опасности Президента Республики Татарстан».

При этом, иностранная компания-акционер была включена в список лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров. Представитель акционера, предъявил счетной комиссии общества все необходимые документы, в том числе, паспорт и нотариально удостоверенную доверенность.

Не допуск к участию в общем собрании был мотивирован счетной комиссией тем, что ранее им представитель акционера известен не был, что представилось «неординарной ситуацией» и вызвало необходимость тщательной проверки представителя компании-акционера с получением сведений от органа государственной безопасности.

На голосовании поучаствовать акционера так и не удалось.

В рамках судебного процесса рассматривалась обоснованность наложения на акционерное общество территориальным подразделением Банка России штрафа, а также его размер. Судебные инстанции принимали диаметрально противоположные решения. Точку в средине 2016 года поставил ВС РФ, приняв позицию суда апелляционной инстанции о том, что ответственность за такое нарушение несет должностное лицо счетной комиссии, а не общество-эмитент.

Что важно:

1] Разбираясь в вопросе возможности привлечения акционерного общества к ответственности за нарушение права акционера при наличии должностных лиц счетной комиссии, суды не усомнились в нарушении права акционера, обладающего чуть более, чем 4% акций. Не применен формальный подход – указания на то, что участие такого акционера в собрании не повлияло бы на принятие решений по вопросам повестки дня, отсутствуют.

2] Дело подтверждает сложившуюся тенденцию первоначального обращения акционеров за защитой своих прав в административном порядке и действенность такого обращения.

С] Кейс как пример того, что любая позиция строится из мелочей, демонстрирующий важность соблюдения всех формальностей и подготовки доказательств.

За защитой права обратился акционер, вопросы которого не включили в повестку для годового общего собрания акционеров.

По делу даже были наложены, хоть и всего на неделю [в связи с отменой определения суда] обеспечительные меры в виде запрета обществу принимать решения по отдельным вопросам повестки дня.

Вероятнее всего, судом был бы установлен факт нарушения прав акционера и принято решение об их восстановлении, если бы истица соблюла порядок внесения вопросов в повестку дня годового общего собрания акционеров и выдвижения кандидатов.

Предложение было направлено акционером в адрес председателя совета директоров и самого акционерного общества. Срок для отправки также был соблюден. Причиной отказа в иске послужило то, что:

– в получении письма, направленного председателю совета директоров, подписался секретарь, а не председатель лично,

– по адресу общества курьерской службой письмо не было доставлено в связи с «закрытием организации». Т.е. по данным курьера организация не находилась по адресу, указанному отправителем.

Почему это должно умалять права акционера?

Дело в том, что курьерская служба не имела специальной лицензии на оказание услуг почтовой связи. Суды пришли к заключению, что в связи с этим такая организация не является почтовой и не наделена полномочием по фиксировать невозможность вручения отправления и утверждать об отсутствии предприятия по адресу.

Таким образом, истица, по мнению судебных инстанций, не выполнила требований о порядке направления предложений по включению вопросов в повестку дня годового общего собрания акционеров. Верховный Суд РФ в 2018 году подтвердил правильность занятой судами позиции по делу №А36-3718/2017.

Что важно:

Несмотря на всю кажущуюся очевидность и прозрачность, реализация прав акционера имеет множество особенностей, которым акционерам сложно придерживаться в полном объеме, особенно, если речь идет о физических лицах.

Если акционер понимает особую важность участия в жизни общества в тот или иной период при принятии решений, вопрос об обращении за юридическим сопровождением должен быть по умолчанию решен положительно.

D] Немного о противоречивости позиций по аналогичным делам, но с разным субъектным составом.

Дела об одном из наиболее используемом праве и наиболее частом нарушении – предоставлении акционеру запрашиваемой информации.

Когда, казалось бы, все довольно однозначно и применение норм о привлечении акционерных обществ к ответственности за не предоставление в установленный срок или в запрашиваемом объеме информации акционеру стало [условно] единообразным, возникло «но» в виде вынесения АС МО в 2015 году постановления по делу А40-127270/2014.

Фабула дела повествует об обращении ОАО «Росгазификация» к ЦБ РФ о признании незаконным и отмене постановления по делу об административном правонарушении. Госрегулятор, став на защиту прав ОАО «Газпром газораспределение Киров», привлек ОАО «Росгазификация» к ответственности за не направление в адрес акционера по его запросу документов в срок, установленный Федеральным законом «Об акционерных обществах».

Отменяя оспариваемое постановление апелляционная и кассационная инстанции отметили, что «нарушен баланс законных интересов миноритарного акционера и общества, поскольку направлением требования ОАО «Газпром газораспределение Киров» намеренно создало объективные трудности, способные отрицательно влиять на хозяйственную деятельность общества, а на основании имеющихся в материалах дела доказательств невозможно сделать вывод о том, что нарушено право миноритарного акционера на получение неконкретизированной информации».

К слову, запрашивалась информация об имеющемся недвижимом имуществе, о лицах, имевших право участвовать в голосовании в определенные годы, и бюллетени для голосования с приложением доверенностей.

Видится уместным замечание ЦБ РФ о том, что суд апелляционной инстанции фактически принял судебный акт и создал норму о полномочиях Банка России при рассмотрении дел об административных правонарушениях оценивать действия участников хозяйственного оборота по критерию добросовестности и (или) злоупотребления правом.

Читайте так же:  Порядок ввода учредителя в ооо

Таким образом, простое и недвусмысленное право акционера на информацию о деятельности общества, может трактоваться как злоупотребление в самых неожиданных ситуациях.

Положительным моментом данной истории является то, что эта практика «не укоренилась» и в 2017 году тот же АС МО оставил в силе решения по делу №А40-162324/16-148-972 о законности постановления о взыскании Банком России с ПАО «МРСК Северо-Запада» штрафа в размере 500 000 рублей за не направление представителю компании «Ланкренан Инвестментс Лимитед» совместно с представителями компании «ФАЕНДО ЛИМИТЕД», компании «Процветание Холдингз Лимитед», компании «ЭНЕРГИО СОЛЮШНС РАША (САЙПРУС) ЛИМИТЕД», являющимися в совокупности владельцами более 25% голосующих акций общества, запрашиваемых документов.

Что важно:

1] отказ в предоставлении информации можно обжаловать. Стоит пробовать отстоять свою позицию и в административном, и в судебном порядке;

2] миноритариям не стоит отстраняться от контроля за деятельностью общества под предлогом ограничения прав в связи с минимальным процентом имеющихся акций – можно объединиться с иными миноритариями и реализовывать права сообща. Кроме того, стоит заключить соглашение о порядке пользования правами для наибольшей эффективности и во избежание конфликтов.

Е] Спор, о котором нельзя не упомянуть, говоря о громких делах последних нескольких лет.

Пример того, что «опасность» можно ожидать не только от партнеров по бизнесу [акционеров], но и от суда. Резонансность дела позволила попасть ему в Обзор судебной практики ВС РФ №4 [2017].

В Тюменской области суд общей юрисдикции принял к своему производству дело по корпоративному спору, рассмотрение которого отнесено к компетенции арбитражного суда, после чего назначил обеспечительные меры в виде полного приостановления полномочий генерального директора акционерного общества.

Фактически суд парализовал хозяйственную деятельность предприятия. Действительный материальный ущерб оценен в 6,7 млн. рублей. К сожалению, акционеры ощутят нарушение их прав при разрешении вопроса о распределении дивидендов по итогам финансового года, а также при принятии решений о восстановлении экономического благосостояния общества.

http://zakon.ru/blog/2019/04/01/yarkie_spory_svyazannye_s_narusheniem_prav_akcionerov

Защита прав акционеров

Как известно, реализация прав акционеров наряду с надлежащей деятельностью совета директоров и раскрытием информации — один из краеугольных камней эффективного корпоративного управления. Почему это так важно?
Приобретая акции и предоставляя тем самым свой капитал акционерному обществу, инвесторы надеются, что руководители общества будут использовать эти средства в соответствии с заявленными целями и действовать в интересах владельцев акций. Чтобы эти ожидания превратились в уверенность, необходимы гарантии, т. е. механизмы, обеспечивающие реализацию интересов и прав акционеров. Чем эффективнее такие механизмы, тем лучше инвесторы понимают, каких шагов можно ожидать от должностных лиц компании.

Владельцы акций полагают, что права, полученные ими в обмен на инвестиции, будут реализованы. В основном их интересует право на участие в прибыли компании. Но важны и другие права: например, на голосование по вопросам избрания совета директоров, внесения изменений и дополнений в устав, увеличения или уменьшения уставного капитала, утверждения годового отчета и финансовой отчетности, на получение определенной информации об акционерном обществе и т. д. Осуществление всех этих прав дает инвесторам уверенность в том, что денежные средства, уплаченные ими за акции, принесут доход в виде дивидендов и/или прироста стоимости акций, а не будут присвоены или неэффективно использованы директорами и менеджерами.
Права акционеров можно классифицировать по разным основаниям:

  • имущественные (на дивиденды, распоряжение акциями) и неимущественные (на участие в управлении акционерным обществом, получение информации и т. п.);
  • общие (например, на дивиденды) и специальные (такие как преимущественное право приобретения акций при дополнительной эмиссии);
  • основные (непосредственно связанные со статусом акционера как лица, вкладывающего свой капитал в целях получения дохода: например, право собственности на акции) и вспомогательные (направленные на обеспечение реализации основных прав — в частности, на внесение в реестр, получение информации и т. п.).
  1. надежную регистрацию собственности на акции;
  2. передачу или перевод акций;
  3. своевременное и регулярное получение необходимой и существенной информации о корпорации;
  4. участие в общих собраниях акционеров и голосование на этих собраниях;
  5. избрание и смещение членов совета директоров;
  6. получение доли прибыли корпорации.
  • в странах со слабыми правовыми системами уровень корпоративного управления ниже;
  • уровень корпоративного управления в национальных компаниях зависит от того, насколько значительны информационные асимметрии и искажения рыночной среды, с которыми сталкивается та или иная корпорация;
  • компании, акции которых котируются на фондовых биржах США, имеют повышенный уровень корпоративного управления, и эта зависимость особенно характерна для компаний из стран со слабыми правовыми системами;
  • качественное корпоративное управление оказывает положительное влияние на рыночную стоимость компаний и эффективность их деятельности, причем указанная связь проявляется сильнее в странах со слабыми правовыми системами.

Лекарство для акционеров

Право акционеров потребовать от компании выкупа принадлежащих им акций в определенных законом случаях существует как в англосаксонской, так и в европейской правовых системах. Оно является вспомогательным, т. е. обеспечивающим реализацию основных прав владельцев акций. Каково его назначение, что оно дает акционерам? Для ответа на этот вопрос рассмотрим историю формирования права выкупа, некоторые погрешности российского законодательства и судебную практику в отношении данного права.

История и современность

  • акции котируются на Нью-Йоркской или Американской фондовой биржах или в торговой системе NASDAQ,или
  • число акционеров составляет 2 тыс. и более, а рыночная стоимость находящихся в обращении акций (за вычетом стоимости акций в собственности дочерних компаний, менеджеров высшего звена, членов совета директоров и владельцев-бенефициаров, которым принадлежат пакеты размером более 10% уставного капитала) составляет 20 млн долл. и более.

Такое на первый взгляд несправедливое отношение подтверждает тезис о том, что рассматриваемое право защищает в первую очередь интересы акционеров тех компаний, акции которых не являются высоколиквидными. Помимо указанных исключений, законодательство некоторых штатов позволяет корпорациям определять в уставах ограничения, касающиеся права требовать выкупа привилегированных акций.
Различаются и процедуры реализации права выкупа. Например, по американскому законодательству акционер должен:

  • перед проведением собрания известить компанию о том, что он воспользуется указанным правом;
  • голосовать против или воздержаться от голосования по определенному вопросу;
  • в течение определенного срока после проведения собрания предъявить эмитенту акций требование о выкупе.

Российское законодательство не требует от акционера предварительного уведомления компании о своем намерении. Владелец акций, который не голосовал или голосовал против, должен предъявить обществу требование о выкупе не позднее 45 дней с даты принятия соответствующего решения общим собранием акционеров.

Читайте так же:  Внутренний устав ооо

Погрешности российского законодательства

Судебная практика

La Porta R., Lopez-de-Silanes F., Schleifer A., Vishny R. Investor protection and corporate valuation // National Bureau of economic research. Working paper 7403. — October 1999. — P. 27 (http://papers.nber.org/papers/W7403); La Porta R., Lopez-de-Silanes F., Schleifer A., Vishny R. Investor protection: origins, consequences and reform // National Bureau of economic research. Working paper 7428. — December 1999. — P. 32 (http://papers.nber.org/papers/W7428).
OECD Principles of corporate governance. — OECD. — 2004. — P. 18 (http://www.oecd.org/dataoecd/32/18/31557724.pdf).
Communication from the commission to the council and the European parliament. Modernising Company Law and enhancing corporate governance in the European Union — a plan to move forward. — Brussels, 2003. — Pp. 8, 14 (http://europa.eu.int/eur-lex/en/com/cnc/2003/com2003_0284en01.pdf).
OECD Principles. Оp. cit. — P. 40.

Klapper L., Love I. Corporate governance, investor protection and performance in emerging markets // World bank policy research working paper 2818. — April 2002. — Pp. 24—25 (http://econ.worldbank.org/files/13267_wps2818.pdf).
Corporate governance sector assessment project. Report on the 2003 assessment results. — EBRD. — January 2004. — P. 2 (http://www.ebrd.com/country/sector/law/corpgov/assess/report03.pdf).
Manning B. The Shareholder’s appraisal remedy: an essay for Frank Coker // The Yale Law Journal. — 1962. — Vol. 72. — P. 223.
П. 1 ст. 75 Закона РФ «Об акционерных обществах».
Section 490.1302. Iowa Code 2003.
§ 1304. Main Business Corporation Act.
Абзац 2 п. 3 ст. 76 Закона РФ «Об акционерных обществах».
Постановление Президиума ВАС РФ № 4980/99 от 1 февраля 2000 г.
Постановление арбитражного суда кассационной инстанции ФАС Волго-Вятского округа от 23 апреля 2003 г. Дело № А82-147/02-Г/4.
Постановление арбитражного суда кассационной инстанции ФАС Северо-Кавказского округа от 17 июля 2003 г. Дело № Ф08-2086/2003.
Соответствующая поправка была внесена в Закон «Об акционерных обществах» 24 февраля 2004 г.

Автор: Полина Кальницкая, консультант по юридическим вопросам проекта IFC «Корпоративное управление в России»

журнал «Управление компанией» № 12-2004г

http://www.egrul.ru/articles/31.html

К вопросу о нарушениях прав акционеров

Пока хотя бы одним акционерным обществом будет осуществляться деятельности, вопрос о нарушении прав его акционеров не потеряет актуальности.

При выяснении вопроса какие же права акционеров нарушаются, стоит исходить от обратного и установить какие права акционерам предоставлены. Условно их можно разделить на 2 группы – право на получение дивидендов и право на участие в общих собраниях общества [управлении обществом].

В случае, когда акционеру не выплачиваются дивиденды в первую очередь, стоит определить была ли у общества возможность и основания для распределения прибыли в пользу дивидендов. Для оценки такого обстоятельства акционеру необходимы сведения о хозяйственной деятельности общества.

Так, обе группы прав и, соответственно, нарушений оказались неразрывно связаны.

Какие сведения могут помочь акционеру определить соответствуют ли данные об отсутствии оснований для выплаты дивидендов действительности? Заключение независимого аудитора, годовой отчет и сведения о тех хозяйственных операциях и сделках, которые вызвали интересах, исходя из первых двух документов.

Только благодаря систематическому отслеживанию жизни общества акционер сможет при голосовании на общем собрании принять решение, действительно соответствующее его интересам. Кроме того, он сможет определить необходимо ли объединяться в группу миноритариев для защиты своих интересов, выдвижения вопросов повестки дня и выбора членов совета директоров.

Исходя из судебной практики, самыми распространенными нарушениями являются:

  • ограничение доступа к информации о деятельности акционерного общества;
  • отказ в принятии предложения о включении вопросов в повестку дня общего собрания акционеров;
  • недопуск к участию в общем собрании акционеров;
  • отказ в праве голоса акционеру – держателю привилегированной акции после возникновения поименованных в законе обстоятельств, предоставляющих такому акционеру права голоса;
  • выкуп у миноритариев акций недружественным третьим лицом под влиянием обмана;
  • нарушение условий заключенного акционерного соглашения.

Механизмы защиты прав довольно просты, но требуют либо постоянства в их применении, либо профессиональной помощи со стороны специализированных юристов. Главными стоит указать владение акционером информацией о деятельности общества и участие акционера в общих собраниях. Если процента акций недостаточно, чтобы прямо влиять на принимаемые общим собранием акционеров решения, стоит объединяться с миноритариями и сообща принимать меры к защите и восстановлению своих прав.

Акционер с 0,1% акций действительно не повлияет на судьбу общества, но группа акционеров-миноритариев с 20% голосов способна на многое – в том числе выдвинуть дружественную кандидатуру в совет директоров и в случае ее утверждения [не без помощи такого способа поддержки миноритариев как кумулятивное голосование [п. 4 ст. 66 Федерального закона № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»] иметь «своего человека» в органе управления обществом. Это открывает возможности по получению объективной информации о состоянии АО, а также способствует хотя бы минимальному, но контролю при принятии решений, не отнесенных к компетенции общего собрания акционеров.

Отдельно стоит упомянуть об акционерном соглашении. Не останавливаясь подробно на этой глубокой и обширной теме, отметим, что не использовать при возможности такой гибкий регулятор, способный служить для обеспечения защиты прав как акционеров, так и общества, минимизации рисков, уменьшении действительного ущерба, снижении уровня или полного исключения корпоративных конфликтов, обеспечения стабильности работы общества, как минимум – неразумно.

В ситуации, когда право акционера уже нарушено, первоначально стоит обратиться за защитой в административном порядке. По итогам проверок нарушенные права очень часто восстанавливаются, а с виновника удерживается внушительный штраф, что служит превентивной мерой относительно возможных будущих нарушений.

Также акционеры не ограничены в общении за защитой права в судебном порядке. Бремя доказывания обстоятельств нарушения права в случае инициирования спора будет лежать, в первую очередь, на истце. Поэтому, до обращения в суд акционеру необходимо убедиться:

  • в наличии письменных подтверждений нарушений со стороны общества и/или иных акционеров;
  • соблюдении самим акционером условий, при которых его требование/право должно было быть удовлетворено/реализовано обществом.

Кроме того, необходимо определить какие нормы нарушены [квалификация нарушения], причинен ли ущерб акционеру и если да, то определить его размер.

В каждом конкретном деле предмет доказывания и доказательства будут, безусловно, отличаться, и выработать единый эталон по данной категории споров нельзя. Но зато можно уже сейчас предпринять меры для недопущения нарушения прав, перечисленные выше.

Видео (кликните для воспроизведения).

http://zakon.ru/Blogs/k_voprosu_o_narusheniyah_prav_akcionerov/77536

Права акционеров проблемы
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here